Розмір тексту

Правда и миф о Мстиславе

Мстислав Первый, Патриарх всей Руси-Украины... В контескте  многих событий на украинском  религиозном и политическом поприще, это был выдающийся церковный деятель.

  Хотел ли Мстислав Первый (Степан Скрипник) такого развития религиозного сообщества, которое произошло в Украине чуть более года назад? Речь  Томосе, то есть праве определять свою судьбу  и свое место в христианском мире.

Безусловно Мстислав хотел єтого! Но и вероятно, он хорошо также понимал и предвидел те многочисленные подводные камни, которые ведут украинскую православную церковь к ее истинной независимости.

Увы, во многом из сомнительного и тревожного, противоречивого и даже аморального, что происходит в Православии двух народов — Украины и России, -
виноват отчасти и сам Мстислав. Почему до такой степени обострилась вражда двух церквей, каждая из которых называет себя и православной и автокефальной?

Этого могло не быть, не произойти сейчас, если бы в начале девяностых Мстислав сумел бы объединить украинское православие в одном Патриархате. А ведь он был в тот момент времени безусловным и глубоко почитаемым церковным авторитетом! Весь Киев встал перед ним как перед Папой Римским какая-нибудь Варшава на колени, когда этот глубокий старец вернулся на родину и попытался указать своим верующим путь к Правде. Он любил говаривать (украинскою мовою): Україна ще побачить-зустріне свій український Великдень!

Он верил в будущее наше. Верил весь ХХ век, который прожил “от звонка до звонка». Но вот, уже и в ХХІ веке остаются вопросы: кто мы,

люд украинский, откуда вышли, куда идем?

О! Как бы я хотел теперь спросить обо всем этом у покойного уже Мстислава! Увы, имея такую возможность, во время визита нашего украинского первосвященника в начале 90-х годов в Полтаву, я не использовал ее даже в сотой степени! Увы.

Но сегодня фрагменты разговора моего с Патриархом, с которым я имел честь взять первое его интервью на родине, думаю также были интересны читателю.

Было это почти тридцать лет назад. Прибытия Патриарха на его Батькивщину, в родной город, в равной степени с трепетом ждали и патриоты-полтавчане, руховцы (участники Народного Руху Украины 90-х годо), и «комуняки» (как их тогда еще достаточно редко называли).

Коммунистическая власть города перед этим приездом провела мощную истерическую пропагандистскую кампанию, мол, к нашему городу едет, приближается и вот вот прибудет невероятный фашистский прихвостень и петлюровец.
Степана Скрипника (имя Патриарха в миру) тогда, летом 90-го, около Мотеля, куда подъехал на скромном микроавтобусе, встречала кучка людей (хотя как показали дальнейшие события, интерес полтавчан у личности Мстислава был чрезвычайным на самом деле).

Я был среди встречающих. Мне о многом хотелось расспросить там же, на месте, у этого старого мудреца ­- Патриарху тогда уже исполнилось 90 лет. Хотел спросить, например, о том, как он построил Украинскую Автокефалию в далеком зарубежье, в Америке... Интересовали его взаимоотношения с Симоном Петлюрой, в действительности его близким родичем и политическим «боссом». О Церкви, о Православии и его будущности хотел спросить... Но!Всем, кто его встретил около Мотеля, Мстислав отвечал в высшей степени дипломатично, обходя все острые углы. Он практически ни слова не сказал на “провокационные” вопросы. То есть, он умело обошел и «петлюровскую” тему, и историю своих лет миссионерства на оккупированной гитлеровцами Украине и некоторые другие скользкие вопросы. Он был политик! Возможно, в еще большей степени, нежели церковный деятель.

Мстислав тогда, у мотеля «Полтава» и позже, на встречах с мирянами понимал, что одно неосторожно сказанное слово может оборвать его миссию не только в Полтаве, но и на Украине. Его Святейшество Мстислав притворялся глухим дедушкой, ­ особенно когда растроганные и простодушные полтавчане (в числе которых был и я, автор этих строк) ставили ему некорректные вопросы.

Он действительно был туговат на ухо, но я уже увидел, что 90-летний дедушка хитрит все же, преувеличивая свой старческий недуг, -­ хитрит, невзирая на солидный сан...

И все же, несмотря на всю свою политичность и осторожность, Степан Скрипник -Мстислав сразу без колебаний и даже очень любезно согласился дать мне на следующий день по прибытию эксклюзивное интервью.

Я сейчас как бы с гордостью говорю «эксклюзивное». На самом деле «Комсомолец Полтавщины», издание довольно либеральное — единственная во всем городе газета, поручила мне своему сотруднику, эту деликатную и ответственную миссию... Вот и весь «эксклюзив» - другие СМИ просто побоялись связываться.

Итак, я в отельном номере, где остановился Патриарх и сопровождающие лица. Мстислав Первый при более близком знакомстве оказался человеком говорливым. Поэтому он и наговорил на мой магнитофон всего понемногу, но даже более того, что я ожидал услышать. Только он и на этот раз обошел опять "петлюриану", поскольку хорошо понимал все тонкости отношения украинских тогдашних власть предержащих (комуняк, то есть, если по простому) к этой

сложной и теперь даже теме.
... Итак, в гостиничном номере он сидел в черном кресле и в черном монашеском платье. Маленький сухощавый дедушка по-домашнему пил кофе. После приветствий начал вдруг также по-домашнему, даже по-родственному жаловаться, что рано встал, но чувствует себя нехорошо. Сказал: упал на пол, пока ковылял к туалету. Вроде так интимно-откровенно... Но глазки дедуся в это же время горели оживленным интересом ко мне, "польтавському" журналисту. Голос звучал хрипловато, однако енергично Мягкое «Л» я неслучайно употребил.
Потом, уже всех полтавчан, присутствовавших на Патриаршей службе растрогало именно такой «пассаж». Мстислав из "диаспорийського диалекта" известного многим, кто бывал в США, вдруг перешел “на мiсцевий суржик”.
“Польтава, любi мои польтавцi, давно вас не бачив.”

Всех слышавших это обращение растрогало до слез!
* * *
Но! Сантименты сантиментами, однако в мудрых словах старика было много жестокой и даже злой правды жизни. Это уже сегодня я ищу в этих словах сокровенный, пророческий смысл. Включаю магнитофон и еще раз прослушиваю ту старую запись...

Да, основной разговор на самом деле продолжался вокруг конфликта православных конфессий Украины, и хоть Мстислав высказывался и на эту тему достаточно осторожно, все же ощущалась его глубокая обида! И за то, что Патриархом, его личностью, незадолго до изображенных мною событий пренебрегли во время освящения так называемой «Таблицi Соборностi України" дело было во Львове. 

 Но обиду за обидой наносили Степану Скрипнику и даже на родной Полтавщине и в Полтаве именно! Ему тут придется выступать из проповедью в светском помещении. Не в храме!
Было это в областной филармонии, то есть проповедь православного архипастыря состоялась в... бывшей еврейской синагоге. Вот ирония судьбы! Только директор этого заведения (филармонии) еврей Герман Юрченко нашел в себе мужества и храбрости не отказать Патриарху. Иначе его встречи с народом полтавским — вовсе не быть!

И об этом, этих деталях организации встречи с мирянами, тоже не могли не донести Мстиславу. Обидно! Унизительно даже! Но он и это вынес!

Почему же здесь в Украине, - и тогда и теперь - некто ( то есть, это непросвещенное народонаселение, в своем даже очень большом числе и количестве) удивляется: разве все православные церкви не должны принадлежать именно и только Российським епархиям?   

     Об этом обо всем летом 90-го я и говорю с Патриархом. Он криво усмехается. Молчит.
“Но церковь перестраивается, - говорю я его высокопреосвященству (эта моя реплика, искреннюю интонацию которой и до сих пор показывает несовершенная и старая магнитозапись, теперь вызывает ироническую усмешку! Ведь напомню - то еще были времена горбачовской, "Перестройки" — отсюда и невольное желание использовать неологизм тогдашний вполне приемлемый, а сегодня просто комический «Церковь перестаривается»...)
-- Да, перестраиваются они, - ворчит Патриарх, - Плахту на себя “навiсили” сине-желтую. И таким образом перестроились. Все это есть жульничество, одним словом. Как говорят на общепонятном языке русском (Патриарх реально почему-то перешел в этот момент на русский). И вот эту Уерковь они и поддерживают. В том числе администрация, особенно “низовая”. Везде, и на Западе Украины, и на ее Востоке. Особенно на Западе. Потому, что,, если бы украинские правители там не поддерживали московскую Церковь с особым рвением — худо было бы им всем! Оттуда для власти сегодняшней исходит главная опасность... Реальная! Считаю, что лучи добра для Украины идут именно с Запада. Но теперь и в этом смисле можно говорить не тiльки о Западе, но и о Центральной Украине. О моей Польтавщине тоже можно говорить (Мстислав сказал последнее предложение с ударением. Просмаковал опять и мягкое "л". - АВТ).
А что? Мы не знали, что означает для Украины ее Центр? И наш край - тоже? Я вспоминаю 17-18 годы. Какой тогда была Полтава! Как все пропихивали своих детей (Степан Скрипник употребил именно слова «пихали»), чтобы те получили образование в украинских заведениях! Как даже ради этого молодые полтавчане кадетский корпус бросали! Чтобы служить в украинском войске! А вы взвесьте, что тогда в кадетском пажеском корпусе (царское высшее учебное заведение) не худшие люди, горожане учили своих синов. Шляхта, заможные, уважаемые в Полтаве горожане! Полк, в котором я служил, - так там наверное были две сотни юношей из Полтавы, из кадетского...
И вот я опять в родном городе. И как все изменилось! Но я вижу, ощущаю, что здешняя администрация, то есть, бюрократия украинская на низовом ее уровне и среднем не понимает роли Церкви, ее возможностей влияния, на равновесие в обществе. Особенно низовые госучреждения не понимают!

И это беда для нашей украинской Церкви. Ее одолевают. И это досадно. Ведь в конце-концов мы же знаем, какой вес имела Киевская Православная Метрополия тысячу лет тому назад. Ее признавала Царгородська Патриархия, и она была наибольшею из провинциальных поместных церквей!

Но все это в прошлом. А теперь, очевидно, что Москва будет заботиться о том, чтобы через ее Церковь на нас распространялось русское влияние. Будет овладевать душами людей.

Постскриптум

Патриарх Мстислав  наговорил  мне  на  магнитофон   всего  понемногу,  даже   более  того, чем я ожидал  услышать. У  меня  осталась  та  запись. И я время от времени ее прослушиваю — сделал это и сегодня, чтобы в очередной раз восхититься пророческим словами 90-летнего мудреца!

Но вот что досадно! Сегодня, когда  полтавчане *некоторые( вспомнили о своем герое, почти мифологической уже исторической фигуре, грех говорить даже о том, что память о Мстиславе у нас имеет достойное отражение в быту и культурной жизни. Пройдитесь к тому дому, где висит мемориальная табличка - мол, тут родился Первый Патриарх Незалежної України... Єто на улице бывшей Карла Либкнехта... как там ее теперь? "Патриарха", говорите? Да посмотрите на дом его! Развалюха и бомжатник! Это ведь ГАНЬБА! Всем полтавчанам, да и другим гражданам, которые считают себя украинскими патриотами. ГАНЬБА! Простите ужо меня, что обращаюсь  к читателям "Полтавщині", как говаривал Мстислав , "на общєпонятном руськом язікє"... Ну, українською ж ви все одно чути не хочете!

Про автора

Віталій Цебрій

Віталій Цебрій

Живе сьогодні в Каунасі (Литва). Закінчив КДУ факультет журналістики. 35 років стажу. Полтавець. Зараз пенсіонер.

111
Останні публікації:

Полтавщина:

Запропонувати тему