2.02.2015 | 15:33

О Charlie, мыслепреступлениях и доносах

 Пару дней назад друзья прислали любопытную ссылку

Ссылка на пост Людмилы Кучеренко в Facebook. Ретранслировать этот опус не буду. Кому интересно, можете сами его поискать. Тем более, что ради такого случая одно доминирующее издание даже открыло г-же  Кучеренко блог. По сути же пост состоит из двух частей. Первая — донос в СБУ на сайт «Полтавщина» и «Бориса Лозовського, який не приховує своїх українофобських уподобань і який свідомо надає трибуну «п’ятій колоні».  Вторая часть - «плачь Ярославны», то бишь Людмилы, по поводу того, что у нее, журналистки-патриотки, отобрали возможность вести блог на этом «сепаратистском» сайте.  Короче, все как в моем любимом фильме «Тот самый Мюнхгаузен»: «— О чём это она? — Барона кроет. — И что говорит? — Ясно что: «подлец», говорит, «псих ненормальный, врун несчастный»… — И чего хочет? — Ясно чего: чтоб не бросал».

Конечно, можно было не обращать на все это внимание. Но проблема, как мне кажется, значительно глубже. И вызывает, у меня во всяком случае, невеселые параллели с терактом в редакции французского сатирического журнала. Как вы думаете, на чьей стороне в этой трагедии  г-жа  Кучеренко? В общем понятно. На чьей же еще стороне может быть «журналистка-патриотка», стойкий сторонник евроинтеграции и человек, время от времени, осваивающий западные гранты на проектах типа  «Європейський вимір»? Естественно, она считает себя  Charlie.

Но давайте разберемся. Что требовали люди, вышедшие на многотысячные митинги в Париже и других европейских городах? Депортировать всех мусульман? Срыть мечети? Запретить проповедовать ислам? Вовсе нет. Это не их ценности. Так поступает Кучеренко, берущая в кавычки слова свобода слова и плюрализм мнений и ее российские коллеги, призывающие карать «обалдевшие от своей безнаказанности СМИ».  Французы же  говорили о другом. О том, что свобода слова священна. О том, что не существует такой системы ценностей, критика которой может быть запрещена. О том, что любые идеи могут быть озвучены. О том, что за мыслепреступления  карать нельзя. О том, что не существует пределов интеллектуальной свободы. О том, что любые ценности, как свои так и чужие, стоит обсуждать и переоценивать. О том, что противостоять чужим идеям можно разными методами, например, не покупая «наглый» журнал или не читая «сепаратистский» сайт, аргументированно критикуя или даже высмеивая их. Но ни в коем случае не при помощи кастетов, автоматов или тюремных камер.

А что Кучеренко? Вы только вдумайтесь! Она взывает к СБУ и требует уголовного преследования  не за то что я сказал или сделал, а за то, что не запретил говорить другим имея для этого, с точки зрения г-жи Кучеренко, все возможности. Как говорит один мой юный друг, это «днище». Знаменитая фраза Вольтера «Я не согласен ни с одним словом, которое вы говорите, но готов умереть за ваше право это говорить», это не про Вас, Людмила. Вы не Charlie, Вы Куаши.

На этом можно было и закончить. Перевести все на стеб, к примеру, была мол, у братьев Куаши сестра. Но в детстве, как это часто бывает в индийских фильмах, их разлучили. И вот она выросла с именем Людмила, но на генном уровне продолжала ненавидеть свободу. И когда ее братья совершили теракт, продолжила их дело в Полтаве. Все было бы смешно, если бы не было так грустно. Потому что дело не в Кучеренко, а в том, как устроено наше общество. Поэтому, я продолжу.

И продолжу некоторыми мыслями о «пятой колоне» на «Полтавщине», о комментаторах. Правда, сначала ремарка. Если Вы не видите необходимости в вопросах, кроме вопроса «Доколе?». Если у Вас не хватает мужества отвлечься от митинговой риторики и, оставшись с собой и с миром один на один, начать задавать вопросы не окружающим, а себе, не читайте следующий абзац. Если же Вас не страшит участь Сократа и Вы готовы не только задавать себе вопросы но и честно отвечать на них, тогда вперед.

Представьте себе, что одна из комментаторов, чьи комменты наиболее обидны для украинских патриотов, на самом деле, мать солдата ВВ, отморозившего себе во время Майдана, за часы стояния на морозе в летних ботинках все, что только можно было отморозить. Или хуже того, она жена бойца «Беркута», выполнявшего приказ, раненного во время столкновений, который испугавшись наказания бежал в Крым, или хуже того, в Донецк и там примкнул к сепаратистам. И при этом, она считает, что во всем виноват не только тот, кто отдал преступный приказ. Как Вы думаете, что она может думать по поводу Майдана, нынешней власти и АТО? И самое главное, как нам с ней поступить? Лишить слова? Свободы? Жизни? Или попытаться переубедить, рассказать, что есть другие ценности, помочь понять — ей и себе — как нам дальше вместе жить в одном городе, в одной стране? Конечно, не у всех, не приемлющих Майдан и нынешнюю власть, жизненная история настолько трагична. Но тем не менее. Есть вопрос, на который пока нет ответа. По какому пути нам идти? По пути немцев и их теперешних союзников, которые после 45-го года жестко наказали лишь главарей, а всех остальных, даже ярых сторонников нацистов попытались интегрировать в новое общество с новыми ценностями. Или по пути большевиков, которые за 20 первых лет своей власти уничтожили — расстреляв или сгноив в лагерях — всех социально и ментально чуждых?

Если Вам ближе второй путь и при этом Вы декларируете, что идете в Европу, остановитесь. Ваш компас сломался и вы идете не туда!

И напоследок. Кого в нас больше  Charlie или Куаши? Могу предложить простенький эксперимент. Попробуйте нарисовать и опубликовать карикатуру на Бандеру. Как быстро к Вам придут? Убить, думаю, не убьют, но разговор обещает быть малоприятным! Или, все таки,  каждая страна должна пережить своих хунвейбинов и выстрадать свое решение  сослать их в последствии на свинофермы?

Про автора
Борис Лозовский
Частный предприниматель
Борис Лозовский
178
Останні публікації