Шиизм: Религия слез.

Сегодня у нас вторая часть рассказа о шиизме. Я вообще люблю истории Востока. Наверное потому, что для меня, как и для подавляющего числа слушателей Восток, это что-то далекое и чужое. Почти сказка. Чистое развлечение. Нет нужды спорить, доказывать свою правоту, уничтожать оппонентов. Просто читаешь или слушаешь получая удовольствие от красивой истории. Другая цивилизация, другие ценности, другой взгляд на мир. В общем, интересно.

Відео українською https://www.youtube.com/watch?v=JuyUfQv6WCI 

Текст українською https://poltava.to/project/10619/

Первую часть рассказа мы посвятили в основным мученикам шиизма и закончили трагедией Кербелы. Говорили о зяте Пророка — четвертом праведном Халифе Али и о его сыновьях. Старший сын Хасан выбрал путь мира ради сохранения жизней, младший — Хусейн выбрал путь мученичества. Сегодня скажем еще о двух людях, без которых шиизм, скорее всего, был бы невозможен. Первая их сестра Зейнаб. Если Хусейн стал символом мученичества, то Зейнаб стала «голосом Кербелы». Без неё мир мог бы просто не узнать правду о том, что произошло в пустыне, так как официальная пропаганда Язида пыталась представить Хусейна как обычного мятежника.

После битвы Зейнаб вместе с другими женщинами заковали в кандалы и повели через города Ирака и Сирии. Расчет Язида был на то, чтобы унизить их, выставив напоказ как побежденных пленников. Однако Зейнаб превратила это «шествие позора» в политическую акцию. В каждом городе она обращалась к толпе, рассказывая, кто они такие и чью кровь пролили солдаты халифа. В дворце Язида она произнесла обвинительную речь, которая до сих пор считается шедевром арабского красноречия. Закончила она фразой: «Твои козни бессильны, а твое время сочтено!».

Почему же он не казнил её? Мы этого не знаем. Знаем только, что весть об убийстве внука Пророка вызвала шок. Казнь еще и внучки Пророка могла, очевидно, спровоцировать бунт. Кроме этого, в арабском обществе того времени убийство знатной женщины считалось несмываемым позором. Как бы там ни было, она вернулась в Медину, и за те недолгие полтора года, что были ей отмерены, успела организовать первые траурные собрания, заложив основу шиитской традиции памяти.

Еще более значительным ее вкладом в развитие шиизма было то, что она фактически спасла для мусульманской общины сына Хусейна и тем самым сохранила его для продолжения рода Пророка. В Кербеле вместе с имамом Хусейном в битве погибли два его сына — младший и старший. Средний сын в момент битвы он был тяжело болен. Он лежал в шатре с сильной лихорадкой и был настолько слаб, что не мог даже держать меч. Когда воины Язида ворвались в лагерь после гибели Хусейна, они хотели убить и его сына, но тетя Зейнаб закрыла его собой, и командиры вражеского войска решили не убивать больного «мальчика». Этот мальчик и стал четвертым Имамом.

Али Зайн аль-Абидин стал ключевой фигурой для выживания шиизма. После ужаса Кербелы он жил в Медине, избегал восстаний и посвятил себя молитвам и науке. Он вошел в историю не только как святой и молитвенник, составивший знаменитый сборник молитв, но и как выдающийся правовед. Его «Трактат о правах» удивительно напоминает современные декларации прав человека. Для шиитов его чудесное спасение в Кербеле является знаком того, что Бог не оставил мир без духовного руководства.

Несчастья семьи пророка составляют эмоциональное ядро веры. Шиизм часто называют «религией слез» или «религией скорби» из-за того, что траур по Хусейну и его семье стал центральным столпом шиитской идентичности. Для шиита слезы — это не просто эмоция, это акт богослужения, форма протеста против несправедливости и способ духовного очищения. Траур по Хуссейну – это знак подлинности ислама. Шиит не может не плакать. Его сердце – это живая могила.

Настоящего шиита узнают по тому, что тело его изнурено воздержанием, губы пересохли от жажды, а глаза опухли от беспрерывного плача. Где бы ни жили шииты, их самый главный обряд – дни месяца мухаррам, на которые пришлись страдания Хуссейна. Это время глубочайшей скорби. Целые города переодеваются в черное. Мужчины в такт скорбным песнопениям бьют себя ладонями в грудь. Это символизирует раскаяние за то, что их предки не смогли спасти Хусейна.

Могила Хуссейна на равнине Кербелы издавна стала важнейшим местом паломничества шиитов. Миллионы людей идут пешком через пустыню. Это «ходьба скорби» длинною 80 километров, где люди добровольно подвергают себя лишениям, чтобы сопереживать пленникам из семьи Пророка, которых вели по этой же дороге в кандалах. Шииты верят, что в день воскрешения Хуссейну будут доверены ключи от рая. Сам Аллах распорядился: «Право на заступничество только у него». Вручая Хуссейну ключи от рая, он сказал: «Иди и спасай из пламени тех, кто в жизни своей пролил по тебе хоть единственную слезу».

Скорбь по Хусейну учит шиитов никогда не мириться с тиранией. «Мы — нация слез, - говорил аятолла Хомейни, - но этими слезами мы смываем диктатуры». Большей сосредоточенности на плаче нет ни в одной другой религии.

И теперь скажем несколько слов о различиях между основными течениями ислама. Я не настолько погружен в тему, чтобы обсуждать теологические нюансы. Остановлюсь на основном — разнице в подходах к верховной власти. Традиционный суннитский подход гласит, что халиф выбирается всей общиной и должен быть обязательно из племени курайш. Он является наместником и продолжателем Пророка. 

Хариджиты считают, что верховная власть должна принадлежать самому достойному и благочестивому мусульманину, выбранному общиной, независимо от его происхождения — будь то знатный араб или простой раб, лишь бы он был способен защитить общину от внешних и внутренних угроз. 

Шиитский подход заключается в том, что Пророк попросил Бога (в виде исключения) очистить людей Его дома — это Али, Фатима и их дети Хасан и Хусейн. Эта милость распространяется на других Имамов, из которых Али, Хасан и Хусейн были первыми. Таким образом, вопрос о верховной власти не может решаться волеизъявлением общины, не может решаться голосованием. Считается что Мухаммед доверил тайные знания своему зятю Али, после чего эти знания передавался по линии прямых наследников, будущих имамов. Каждый имам воплощал собой «свет Мухаммеда» — пророческий дух, некогда позволивший пророку без остатка вверить себя Богу.

Имам — носитель божественного света. Он непогрешим. Спасется только тот верующий, который следует за своим имамом: «Кто умер, не зная истинного имама своего времени, тот умер смертью неверного». Когда к власти придут потомки Али, мусульман ожидает золотой век справедливости, ведь тогда руководство общиной будет осуществляться в согласии с Божьей волей. Всякий другой, кто претендовал владычествовать над правоверными, считался узурпатором. 

Нам, людям плохо знакомым с исламской традицией может показаться странным, что банальный вопрос о политической власти стал причиной религиозного раскола. Но в отличие от христианства, где к земным достижениям относятся с подозрительностью, политика занимает в личной и религиозной жизни мусульманина очень важное место. Правоверные убеждены, что их судьба — созидание угодного Богу справедливого общества. И в этом плане личность и статус того, кто стоит во главе общины приобретает нешуточную важность.

Но давайте вернемся к Имамам. Многочисленные шиитские течения отслеживали преемственность имамов по-разному. И это приводило к расколам уже внутри самого шиизма. Первый крупный раскол произошел на 5-м Имаме. Большинство шиитов признали 5-м Имамом тихого ученого — Мухаммада аль-Бакира. Другая часть пошла за его братом — Зейдом ибн Али. Поэтому из называют зейдитами. Зейд полагал, что Имам не должен просто сидеть в Медине и молиться, пока миром правят тираны. В 740 году он поднял восстание в Куфе. Перед битвой он произнес знаменитые слова: «Тот из нас, кто сидит дома, не является Имамом; Имам — это тот, кто вышел с мечом». Он погиб в бою.

В отличие от других шиитов, зейдиты не верят в «тайное знание» или в то, что Имам назначается Богом с рождения. Для них Имам — это просто любой достойный потомок Али и Фатимы, У зейдитов могло быть несколько Имамов в разных частях мира или не быть ни одного в течение долгого времени. Если вы слышали в новостях о йеменских хуситах, тех, кто пуляет по Израилю ракетами и пытается атаковать американские военные корабли, то знайте — это и есть зейдиты. Традиция обязывает. Для них религия — это не слезы и ожидание, а активная борьба за справедливость «здесь и сейчас».

Второй раскол произошел на 7-м Имаме. У 6-го Имама Джафара ас-Садика было несколько сыновей. Старшим был Исмаил, но он умер раньше отца. Часть верующих считала, что Исмаил либо не умер (скрылся), либо передал право наследования своему сыну Мухаммаду. Они признают Исмаила седьмым и последним видимым имамом того цикла. Их называют исмаилитами. Исмаилиты не считают, что преемственность оборвалась. Напротив, их главная догма — линия имамов никогда не должна прерываться, иначе мир погрузится во тьму.

Нынешний лидер исмаилитов— Карим Ага-хан IV. Он является 49-м потомственным имамом и прямым потомком пророка Мухаммеда. Он окончил Гарвард, живет в Европе и выглядит как типичный западный аристократ, бизнесмен или дипломат. Это одна из самых необычных фигур в современном исламском мире. Он богат и большую часть своего богатства тратит на благотворительность. Строит больницы, университеты и школы в беднейших регионах Азии и Африки.

Исмаилиты тоже чтят Хусейна, но их обряды гораздо менее публичны и трагичны, они больше сосредоточены на интеллектуальном и философском поиске. Они ориентированы на настоящее. Они верят, что ислам должен адаптироваться к современности. Но в свое время они тоже не слабо ураганили. Печально известный Старец Горы и его секта ассасинов были исмаилитами. Халифат Фатимидов в Северной Африке тоже результат их трудов. 

Другая часть верующих признала седьмым имамом другого сына Джафара ас-Садика — Мусу аль-Казима. Эту ветвь называют имамитами или 12-тиимамниками. Почему двенадцати? 12-м имамом, был Мухаммад аль-Махди. В 874 году в возрасте 5 лет он «скрылся» и пребывает в сокрытии до сих пор. Имамиты верят, что двенадцатый, «скрытый» имам появится снова и его возвращение ознаменует начало золотого века. Задача правоверных — приготовится к его приходу. То есть в шиитской традиции его роль схожа с ролью мессии в иудаизме и вторым пришествием Христа в христианстве.

Имамиты получили статус государственной религии в Иране. Их лидеры — суровые богословы. В отсутствие Имама верховную власть в вопросах права взяли на себя самые ученые люди — высшие аятоллы. Они считаются «заместителями» Имама в делах религии.

Имамиты составляют подавляющее большинство среди всех шиитов — примерно 85%. 10% это исмаилиты и 5% - зейдиты.

Существует распространенное заблуждение, что история отношений суннитов и шиитов — это 1400 лет непрерывной войны. Это не так. В течение многих веков мусульмане обеих ветвей жили бок о бок в одних и тех же городах и молились в одних и тех же мечетях. Непримиримыми их, опять же, сделала политика. До 1501 года Иран был преимущественно суннитской страной. Шах Исмаил I, основатель династии Сефевидов, завоевал Иран, Азербайджан и часть Ирака и объявил шиизм государственной религией. Он намеревался стереть суннизм с лица земли и с неслыханной жестокостью навязывал шиизм своим поданным. Он объявил себя Имамом своего поколения. В ответ на это султаны суннитской Османской империи развязали репрессии в отношении шиитов. Эта непримиримость сохраняется до сих пор.

Шиитские улемы — знатоки ислама — не признали шахов Имамами. Они отстаивали свое право толковать ислам независимо от воли шахов. Они ввели в обычай отстаивать права простого народа против монаршего произвола. В том числе и этим объясняется успешное свержение династии Пехлеви и создание режима аятолл — высших улемов в Иране. На этом все.

Подписки, комменты, лайки категорически приветствуются!