2.06.2014 | 18:23

Лист до тих, хто не живе в Донецьку.

Я вже не можу без комка у горлі слухати й дивитися новини про Донбас. Про те, що десятками гинуть наші вояки, про те, як обороняються наші хлопці, марно чекаючи на підмогу; про те, як мало не тиждень в Інтернеті "висіла" інформація про підготовку прориву кордону колоною російського спецназу, але ті 40 "Уралів" таки в"їхали в Україну практично безперешкодно. Навертаються сльози, коли бачиш і чуєш про звірства бандитів і сепаратистів, як вони "перемагають" під прикриттям "живих щитів" з мирних громадян... Не могла не перепостити поширений в Інтернеті крик душі жителя Донецька...

Лист до тих, хто не живе в Донецьку.

Олександр Полквой _ Неділя, 01 червня 2014, 12:06 Версія для друкуКоментарі69 Олександр Полквой, Донецьк

Дорогие мои, вы не представляете, как это жутко и страшно видеть, как умирает твой город. Донецк уже никогда не будет таким, как я его помню, вы никогда его не увидите таким, как раньше.

Внешне он пока еще выглядит цветущим, весенним городом - с буйной зеленью, гуляющими детьми, открытыми продуктовыми, множеством цветов, широкими улицами, а за окном у меня на теннисном корте стучит мячик.

Он выглядит как человек, который смертельно болен, и еще не знает, что очень скоро умрет.Он почти такой, как раньше. Почти - потому что уже появились язвы в виде блок-постов, бетонных укреплений с мешками, вооруженных людей в масках с автоматами. Потому что количество машин на улицах снизилось в несколько раз. В выходные машин на улицах почти нет - и пугающая, гнетущая тишина.Он умирает.

После десяти вечера нет ни одного работающего магазина, аптеки, ни одного человека на улицах, из машин - только такси. Все кафе, все заведения закрыты. Для того, чтобы после десяти вечера пройти пятьсот метров и провести своего товарища к его дому, мы оба берем паспорта - и нам обоим не по себе, комендантский час.

Для того, чтобы пройти после десяти вечера километр по центру города - а я живу в центре города, нужно быть очень отчаянным, либо пьяным - потому что я несу гитару в кофре, и мало ли что взбредет в голову людям с оружием - я ужасаюсь тому, что я боюсь ходить по своему городу.

Звук приближающейся сзади грузовой машины теперь мне напоминает звук приближающейся вертушки. Я оборачиваюсь. Вижу грузовик - а иногда - военную колонну. А при звуках выстрелов дети, гуляющие во дворах, испуганно несутся домой, рядом с такими же испуганными мамами и бабушками. Привыкают.

Все разговоры, кроме тех, когда начнется война в городе, только о двух вещах - куда ты думаешь уезжать, и когда. Вопрос об отъезде разделяется на две категории: куда ехать, когда начнется война, и куда уезжать жить, потому жить здесь будет нельзя. Кто-то хочет уехать на окраину города, кто-то в ближайшие села и поселки, туда, где не стреляют, или не будут стрелять. Где пока еще нет войны.

Другие говорят: Луцк, Запорожье, Херсон, Львов, Днепр, Россия. Эти говорят про отъезд навсегда. Мало кто хочет уезжать - но все понимают, что уезжать придется, потому что город обречен. Никто не верит ни в благополучный, ни в быстрый исход. Не верю и я. Ни войны, ни мира - и дикое, зашкаливающие напряжение, тревога, ожидание чего-то плохого, ужасного.

Так можно прожить неделю, две - но не больше, больше не получится делать вид, что ничего особенного не происходит, потому что нужно жить дальше, потому здесь дальше жизни не будет. Закрываются предприятия - я даже не про промышленность, не про металлургию и шахты. Я про строительство, бизнес, непродуктовые магазины, кафе, развлекательные заведения.

С бизнесом в Донбассе и Донецке покончено надолго. Кто может - отправляет работников в длительные, до сентября отпуска. Встретимся после войны. Кто может - эвакуирует сотрудников в другие города - то же Запорожье, Полтаву, Кривой Рог, Одессу, Киев. Но таких очень мало. Большинство просто готовятся закрываться, или закрываются. Уже уехали те, кто смог уехать. Кто-то отправил из Донецка свои семьи. Многие готовятся уезжать.

Те, кто останутся - они просто не могут, некуда, да и не на что. Или ждут, и верят в то, что все, может быть, будет не так уж плохо. Не так плохо, как уже есть.Деньги у людей скоро закончатся, и заработать их здесь невозможно. Мне, кстати, кажется, что банки здесь закончатся даже раньше, чем деньги у людей. Потому что при любом исходе банки здесь не смогут, не будут работать - будь то война, или даже если несколько тысяч вооруженных людей смогут установить полный контроль над двумя областями, где пока живет семь миллионов человек. Не будет банков - не будет зарплат, пенсий, экономики. И это случится.

Поэтому вопрос сейчас даже не в "заработать", а в "выжить". Да, друзья мои - мысли об этом. Никто не верит в то, что те, кто здесь живут - кому-то нужны. Люди брошены, Донецк - это клетка, тюрьма, из которой пока еще можно вырваться - бросив все, квартиры, имущество, работу, свои надежды и планы на будущее, вырваться, потому что нужно выжить - это важнее. Все понимают, что это очень надолго. Что будет очень плохо. Очень плохо. И многие умрут. Как умрет этот город.

Наше будущее убили. Забросали коктейлями Молотова, расстреляли из травматов и АКМ, самоходок "Нона" и воспитанием ненависти на российском и украинском ТВ. Мы - маленькое пятнышко на карте небольшого масштаба, где взрослые дяди из разных государств с азартом двигают свои фишки, делая свой ход, для которых те, кто живут здесь - статистика. Как являются для них статистикой наши смерти - те, что были, и те, что еще будут.

Меня душат слезы от обиды, от несправедливости, от разрушенного будущего, от боли за своего ребенка, которого нужно спасти, обязательно спасти, если что-то начнется - и от страха, что я не смогу это сделать. Берегите мир. Вы даже не знаете, насколько это важно - важнее всего. Берегите мир там, где вы живете, не давайте случится войне, потому что война - это смерть, и это не кино - это здесь и сейчас. Берегите мир у себя дома. Мы у себя не сберегли.


Александр Полквой, Донецк

Про автора
Людмила Кучеренко
Президент Полтавського обласного медіа-клубу
Людмила Кучеренко
302
Останні публікації